Игра [Geim] - Андерс де ла Мотт

Кстати, происшествие в сквере Кунгстрэгорден — просто какой-то ужас…

Теперь, когда истерика первых дней в СМИ прошла и всё немного успокоилось, Ребекка подумала о том, что давненько не попадались ей статьи, в которых бы кто-то уверенно утверждал, что знает, кто стоял за нападением.

Поскольку нападение было направлено на главу государства, расследование возглавлял руководитель СЭПО, но, если судить по комментариям Вахтолы и Рюнеберга, каких-то горячих следов не было. «Преступник-одиночка на мопеде свернул в направлении улицы Биргер Ярлсгатан» значилось в первых розданных сводках, и Ребекка догадалась, что в этом предложении, собственно, и содержались все результаты расследования.

Его Королевское Величество, судя по разговорам, пришел в ярость от случившегося и довольно нелестно выражался о своих телохранителях. Как оказалось, они находились недостаточно близко от него, чтобы суметь защитить, что само по себе довольно забавно, потому что, как правило, Его Величество предпочитал, чтобы коллеги Нурмен находились от него как можно дальше. А лучше, чтобы вообще не попадали в его поле зрения. А теперь вот другая песня…

Дверь зала заседаний открылась, и Ребекка немедленно встала с места. Но это оказался всего лишь один из ассистентов, пришедший за бутылкой минералки.

Посмотрев на часы, она снова села в кресло, чтобы продолжить ждать. Сменить ее должны были только через три часа.

А дачка оказалась совсем не так плоха! С электричеством и водопроводом. Кроме того, Манге дал ему свой ноутбук с ТВ-ресивером, который ломал коды всех мыслимых телеканалов. В туалет, правда, придется ходить на улицу, в маленький сарайчик, расположенный в дальнем углу участка, но это мелочи. Пока у него есть канал «Эйч Би О»,[55] он хоть под куст готов ходить.

Собравшись сюда переезжать, Эйч Пи постарался соблюсти все предосторожности. В рюкзак положил только пару необходимых вещей: подушку, спальный мешок, пакетик травки, приобретенный за те пятьсот крон, которые виновато выдал ему Манге в качестве компенсации за свое нестабильное гостеприимство. Его вредная баба была очень рада и довольно улыбалась, когда Эйч Пи собирал манатки, да и черт с ней. Теперь он, по крайней мере, ни от кого не зависит.

Он сел в метро и доехал до «Слюссена», затем пересел на зеленую ветку и доехал до площади Фридхемсплан. Там он выкинул чисто шпионскую штуку: дождался, пока двери начнут закрываться, вышел из вагона и вскочил в поезд, шедший в обратном направлении. На всякий случай повторил этот трюк и на станции «Т-сентрален», а затем поехал на станцию «Синкендам», где угнал старый дамский велик и покатил на нем через парк Тантолюнден.

Домик он нашел легко: желтая вагонка, белые наличники и две большие яблони на участке. В последний раз он бывал в этих местах подростком, они с ребятами тусовались здесь на площадке для мини-гольфа, рассматривали девчонок и курили стянутый у матери «Бленд» с голубой полоской. Да, вот были счастливые денечки…

В те времена Эйч Пи считал, что садоводческий участок — это что-то для старых зануд, а теперь вот, повзрослев, понял: не так уж плохо иметь маленький домик, особенно если нужно место, где можно спрятаться от окружающего мира. Пусть Игра попробует найти его здесь, хрен им. И Эйч Пи глубоко затянулся самокруткой с травой.

Очень даже мило жить вот так, на природе. Птички поют, кто-то стрижет траву, и больше никаких посторонних звуков. Только прислушавшись, он смог различить звук транспорта где-то в районе Хурнстюлл и кольцевой автодороги, а так его почти не было слышно.

Эйч Пи валялся на дощатом диванчике в помещении, служившем кухней. Помимо упомянутого дивана, тут были еще маленький разделочный стол и крошечная мойка. Солнце светило в окна с мелкой расстекловкой, и здесь ему было гораздо спокойнее, чем в квартире Манге.

Супер!

Из полудремы его вывел писк проснувшегося ноутбука. Поскольку Эйч Пи оставил мобильник в магазине и не успел еще купить новый, электронная переписка была его единственным каналом связи с окружающим миром, а единственный человек, знавший его адрес, — Манге, также известный как Фарух.

Farook: Салям алейкум, брат Эйч Пи!

Badboy.128: Приветик, Манге!

Farook: Ну, как там дела в деревне?

Badboy.128: Очень даже ничего, привет и спасибо тетке!

Farook: Заметано! Пообщался тут с парнями, один сказал, что знает чувака, который сможет нам помочь.

Badboy.128: Отлично, мне ему позвонить?

Farook: Нет, ему нельзя позвонить, можно только встретиться лично, видимо, он немного странный, умный как черт, но немного чудаковатый, понимаешь?

Badboy.128: Компьютерный маньяк?

Farook: И да, и нет. Пару лет назад был просто виртуозом, я даже о нем слышал, но сейчас живет где-то на периферии, совершенно офлайн, похоже, аллергия на электричество. Поэтому ему даже не позвонить.

Badboy.128: Звучит многообещающе…

Farook: Мой кореш говорит, что этот парень был как-то связан с сервером, который я нашел через твой мобильник, что это он его установил и настроил.

Badboy.128: O’кей, я понял!

Badboy.128: Так как мы поступим?

Farook: Кореш свяжется с этим парнем и попробует договориться, тот, видимо, социофоб, но мой человечек считает, что это реально. Инструкции, когда все будет готово, пришлю тебе по мылу.

Badboy.128: Лады.

Farook: Еще один момент…

Badboy.128: Слушаю тебя, о магистр!

Farook: Умоляю, не присылай мне эти прыгающие смайлики, мне приходится перезагружаться, чтобы от них избавиться!!!!

Badboy.128: Ты имеешь в виду такие?

Она перечитывала сообщение и не могла понять, в чем дело.

Ребекка!

Мне и моей семье нечего тебе сообщить.

Пернилла

Нилла ответила на ее электронное письмо. Точнее, отшила ее, но этого и следовало ожидать. И это только часть проблемы. Ведь Ребекка свое письмо так и не отослала, а сохранила в папке «Черновики», чтобы обдумать все позже. Но, проверив свою почту теперь, она нашла его в папке «Отправленные», и, если верить «штемпелю», отослано оно вчера вечером, как раз перед огневой подготовкой.

Нилла!

Есть нечто, о чем я хочу с тобой поговорить, так как слишком долго откладывала беседу на эту тему.

Не могли бы мы встретиться для короткой беседы? Место и время — на твое усмотрение.

С наилучшими пожеланиями,

Ребекка Нурмен (бывшая Петтерссон)

Ее собственные слова, она помнила каждую букву, каждую запятую. Никаких отличий. Как, черт побери, это могло произойти?

Ребекка помнила, что компьютер вчера был включен, но разве может электронное сообщение отправиться само по себе? А может быть, какая-то автоматика отправляет черновики на следующий день? Вряд ли, но, с другой стороны, никогда не знаешь, что придумает полицейская компьютерная система.

И что ей теперь делать? Выбора особого нет. Листочки говорят сами за себя. Если она решит идти до конца, то будет вынуждена поговорить с Ниллой, хочет та этого или нет.

На всякий случай Ребекка позвонила на свой автоответчик, чтобы объяснить самой себе, почему нельзя давать задний ход.

Глава 11

Name of the Game[56]

Еще один зверски жаркий день! «Видимо, глобальное потепление трудится сверхурочно, судя по тому, как долго длится эта жара», — подумал он и отлепил пропитанную потом футболку от груди.

Еще пара остановок на электричке в северном направлении, потом на автобусе.

А потом-то что?

На листке бумаги написано название остановки, в инструкции значилось: «Выйдите из автобуса и ждите». Какая-то глушь, место, которое он с трудом нашел даже с помощью карт «Гугл». Эйч Пи вздохнул и потер вспотевший затылок.

У парня, с которым предстояло встретиться, явно не все дома, но это лучший и единственный шанс для Эйч Пи как-то продвинуться вперед и разгрести всю кашу.

Он вышел из электрички и аккуратно оглядел перрон. Кроме него вышли еще трое пассажиров: пожилая пара и пацан лет пятнадцати в надетой задом наперед кепке и спущенных джинсах. Эйч Пи сел на скамейку и подождал, пока все трое пройдут мимо него, после чего в полном одиночестве направился к автобусной станции.

Встав у неправильной остановки, он дождался своего автобуса, и только когда тот стал отъезжать, перебежал дорогу и вынудил недовольного водилу резко затормозить, чтобы взять его на борт. Даже если кто-то и следил за ним, то на данном этапе он от слежки оторвался — либо только что, либо когда уже полчаса назад бегал по перронам на Южной станции. И все равно его не оставляло ощущение, что за ним наблюдают.